Онкобольной поддерживает эвтаназию: у людей должно быть право самим решать свою судьбу

90-летний Уно Ааб.

ФОТО: Tiit Loim

Борющийся с раком крови 90-летний житель Валга Уно Ааб считает, что с целью избежания страданий эвтаназия должна быть узаконена. По его словам, в демократической стране у людей должно быть право самим решать свою судьбу, рассказывает журналист Lõuna Postimees.

Впервые Уно Ааб привлек мое внимание некоторое время назад, когда мы беседовали на центральной площади Валга. Как человек, ранее работавший в строительном секторе, он в основном говорил на касающиеся благоустройства города темы, но в тот день он затронул и вопрос помощи смертельно больным. 

«Почему я об этом заговорил? Внешне я абсолютно здоров. Но прочитай вот здесь. Это мой диагноз», - указал собеседник на брошюру, на которой написано хронический лимфолейкоз (ХЛЛ). Это форма рака крови, при которой в организме скапливается слишком много лимфоцитов, являющихся одним из видом белых кровяных телец. Это самая распространенная опухоль системы крови, риск заболевания увеличивается с возрастом. Из положительных сторон — заболевание протекает медленнее, чем лейкемия, и у многих больных нет жалоб до момента постановки диагноза. 

Действительно, прогуливаясь с Уно Аабом по центру Валга и учитывая, как энергично он шагает, невозможно предположить, что он болен. Рак у него обнаружили в 2015 году. Периодически симптомы дают о себе знать. «Периодически начинает резко покалывать то в ноге, то в голове, то в спине. Боль то появляется, то исчезает. Всегда в разных местах. Сейчас ничего не болит, но я не знаю, что будет через несколько часов», - рассказывает он. 

Работы в саду помогают отвлечься

И хотя ХЛЛ — это не самая тяжелая форма рака, такую новость, безусловно, нелегко принять. Но у Ааба есть свои хитрости: «Если мыслить негативно, то и останешься больным. У меня в районе Тамбере есть небольшой садовый участок. Мы с бабкой (его супруга Хеленеприм. ред.) живем там летом. Просто копошишься и ни о чем не думаешь. Теперь я вообще не думаю о болезни».

Он показывает бумаги, доказывающие, что количество белых кровяных телец у него на протяжении многих лет выше нормы. Ааб добавляет, что как такого лечения ему до сих пор не было предоставлено. «Но каждые три месяца я должен сдавать кровь», - отмечает он.

Клиника Тартуского университета объясняет, что до 30 процентов пациентов не нуждаются в лечении. Лечение больных со слабо выраженными симптомами не улучшает качество жизни и не увеличивает ее продолжительность. Тем не менее, онкологический центр Северо-Эстонской региональной больницы признает, что течение болезни может сильно варьироваться, а человек с таким диагнозом может прожить от двух месяцев до нескольких десятков лет. По данным за 2009-2015 годы, в США 85 процентов пациентов были живы спустя пять лет после постановки диагноза ХЛЛ.

Тяжелый период в жизни

Уно Ааб вспоминает идеи Гиппократа, которыми он был вдохновлен. Когда мы пришли к нему домой, пожилой мужчина показал тарелку с гранатом.

«В самом начале я стал поглощать их в большом количестве. Увидел по телевизору, что московские врачи рекомендуют есть по килограмму в день. Но так много невозможно съесть. Гранаты надо употреблять с костями. Мне это помогло. Гиппократ исцелял своих пациентов именно этим плодом, он даже корочки использовал», - рассказал собеседник.

В последнее время жизнь преподносила ему один удар за другим. В октябре прошлого года Уно и Хелене похоронили свою дочь Карин, которая работала в Валга учительницей. Ее погубили желчные камни. «Операция сама по себе простая. Но с ней затянули. Обнаружили в августе, а операцию назначили на ноябрь. Я никого не обвиняю, просто это как-то немного странно», - говорит Ааб.

Он признает, что болезнь привела его к мыслям о достойной смерти. Он придерживается либеральной позиции: эвтаназия должна быть узаконена. «Если ноги отказывают и нет желания жить, почему я должен где-то лежать, чтобы какая-нибудь молодая дама убирала за мной какашки?» - рассуждает Ааб.

Он признает, что люди с консервативным мышлением против эвтаназии, но для него это не аргумент. «Если у нас демократия, то у пожилых людей должно быть право самим решать свою судьбу», - заключил он.

НАВЕРХ